Двойная звезда. Том 2  - Евгения Соловьева

Он вспомнил белоснежную арлезийскую кобылу, которую два года назад купил еще трехлеткой и старательно выездил сам, не доверив игривую красотку берейтору. Вот ее непременно надо взять с собой в столицу! Айлин будет чудесно смотреться в седле.

Но получит ли она его письмо? Впрочем, наверняка получит, едва ли магистр Райнгартен откажется выполнить столь необременительную просьбу, раз уж они теперь родственники. А вот придет ли? Аластор ведь так и не знает, чем для его подруги закончилось их последнее приключение…

И какой она стала теперь, хотелось бы знать? Раньше Аластор запрещал себе об этом думать – только душу травить. Но теперь, когда до встречи – «Возможной встречи!» – одернул он себя – осталась всего неделя, мысли словно прорвали плотину. Наверняка стала высокой и худощавой, как все Ревенгары… или нет? В прежней Айлин от Ревенгаров не было ровно ничего, но ведь прошло целых пять лет!

Аластор прикрыл глаза, пытаясь представить себе лицо Айлин: зеленые глаза, россыпь веснушек, ясная улыбка, как всегда растрепанные косы, – все это виделось так отчетливо, словно подруга стояла прямо перед ним.

Воображаемая Айлин протянула руку – перед самыми глазами Аластора мелькнул слегка обтрепавшийся черный рукав – и постучала кулачком по его лбу.

Стук вышел поразительно громким и каким-то деревянным.

– Юноша, сколько еще времени я должен вас ждать? – иронично поинтересовалась издалека Айлин почему-то голосом месьора д’Альбрэ, не успел Аластор изумиться странности видения. – Или вы вдруг решили, что дождь – уважительная причина пропустить тренировку?

Тренировка! Аластор поспешно вскочил. С этими сборами в дорогу из головы вылетает все, в том числе самое важное! Надо же было так непозволительно замечтаться, и это вместо того, чтобы, закончив письмо, немедленно отправиться в фехтовальный зал!

– Уже иду, месьор!

– Чрезвычайно польщен, – с легкой ехидцей отозвался из-за двери д’Альбрэ. – Советую поспешить. За каждую минуту опоздания пробежите лишний круг после тренировки.

Ох! Похоже, и вправду лучше поторопиться!

Выскочив из комнаты, Аластор выбежал из особняка и промчался по саду к учебному залу, под который отвели весь первый этаж правого крыла. Зимой или в дождь месьор д’Альбрэ милостиво позволял заниматься под крышей, беспокоясь, разумеется, отнюдь не об удобстве ученика, а о своем собственном. Впрочем, Аластор ни разу не помнил случая, чтобы ему удалось замерзнуть на тренировке. Пожалуй, его наставник посчитал бы это личным оскорблением.

– Могу ли я узнать, о чем вы так задумались, что едва не пропустили урок? – поинтересовался д’Альбрэ, стоило Аластору взять рапиру.

– Об отъезде в столицу, – признал Аластор и едва успел уклониться, пропуская молниеносный выпад фраганца.

– Вот как, – кивнул месьор, в свою очередь отводя удар Аластора с легкостью, еще пять лет назад казавшейся оскорбительной, а теперь вызывавшей одно лишь восхищение, приправленное малой толикой зависти. – Стало быть, вы решили, что наше обучение закончено?

Вопрос прозвучал столь небрежно, что счесть его шуткой было совершенно невозможно. От изумления Аластор едва не пропустил новый удар.

– Разумеется, нет, месьор! Как вы могли подумать?..

– В самом деле? – уточнил д’Альбрэ, опуская рапиру. – Но, если я правильно помню, ваш отъезд в столицу означает неизбежную встречу с вашим… врагом, юноша? Или вы все же раздумали сражаться с ним?

– Не раздумал, – буркнул Аластор, тоже опуская клинок. – Но искать дуэли с ним намеренно я, пожалуй, не буду. Во всяком случае, пока. Но дело не в нем, месьор, дело в вас! Вы ведь сказали, что будете учить меня до тех пор, пока я не ослушаюсь вас! Или пока не сочтете мое умение достаточным.

– Не льстите себе, юноша, до такого счастья я не доживу! – фыркнул фраганец, отчего-то придя в превосходное настроение, и его рапира, вроде бы мирно опущенная лишь мгновение назад, замерла у самого горла Аластора. – Что ж, по крайней мере, вы здраво оцениваете свои возможности…

И замер, осекшись на полуфразе, внимательно глядя куда-то за спину Аластору.

Пожалуй, те же пять… да что там! Три года назад Ал непременно обернулся бы посмотреть – что же такое увидел невыносимый фраганец! И получил бы почти безболезненный, но крайне обидный укол в самое незащищенное место… Ну уж нет, на такие детские финты он не покупается уже давно!

– Шаг вправо и медленно обернитесь, – одними губами шепнул месьор так, что у Аластора не возникло и мысли не подчиниться.

Обернуться действительно стоило: в каких-то пяти шагах воздух заметно помутнел и подрагивал, словно на полу фехтовального зала развели невидимый костер.

– Месьор?.. – шепнул Аластор, на всякий случай не двигаясь с места и не отводя глаз от пятна, с каждым мгновением все сильнее темнеющего. – Как вы думаете, что это?

– Не имею ни малейшего представления, – так же тихо откликнулся фраганец. – Но, боюсь, ничего приятного. Аластор, вам лучше уйти. Прямо сейчас. Не вздумайте спорить. Я выйду следом за вами. Постарайтесь держаться от этого подальше и не медлите. А затем мы запрем фехтовальный зал и вызовем магов… Вы, полагаю, знаете, где находится ближайшее отделение Ордена?

– В Дорвенне, – угрюмо откликнулся Аластор. – В соседнем городке только два мага, алхимик и целитель, оба уже старые и точно сюда не поедут.

– Сомневаюсь, что это… магическое явление… нуждается в лечении, – согласился д’Альбрэ. – Идите же, не тяните время!

Аластор кивнул и шагнул вперед и в сторону, стараясь не приближаться к дрожащему мареву. Д’Альбрэ следовал за ним, отставая всего на пару шагов.

Они прошли половину пути до двери, когда за спиной раздался странный звук – оглушительный то ли хлопок, то ли щелчок, то ли вовсе треск. Невольно обернувшись, Аластор замер. Почти в центре зала клубилась жуткая черная муть, а в ней ворочалось, пытаясь выбраться наружу, нечто бесформенное, неизмеримо, кошмарно чуждое. Показалось, мелькнули рога… или когти?

Из пролома высунулась лапа никак не меньше медвежьей, но покрытая не шерстью, а темной, тускло блестящей чешуей. И с когтями размером в добрый нож!

И вторая лапа, ничем не уступающая первой. А потом и жуткая голова, в самом деле увенчанная рогами. До половины выбравшаяся на свободу тварь поводила мордой, словно принюхивалась. А может, и правда принюхивалась?

Взгляд маленьких, тоже медвежьих, глазок существа остановился на Аласторе, и тварь торжествующе взревела.

– Уходим, юноша, – едва разжимая губы, сказал д’Альбрэ. – Немедленно. Запираем двери и зовем стражу. Вдвоем и с одними лишь рапирами нам с этим существом не совладать.

Аластор кивнул. Конечно! Рапиры тонкие и легкие, сюда бы хорошую рогатину… или хоть топор…

Он попятился к двери – и тварь, словно поняв, что добыча уходит, одним невероятным прыжком выметнулась из черного марева.